Восхождение на Килиманджаро
|
Идея Надвигался день рождения нашего Гендиректора Евгения Сатыева, и мы хотели сделать ему запоминающийся, нестандартный подарок. Это всегда непросто, потому что человек имеет уже много всего, и дарить надо не материальную вещь, а собственно идею. Материальные возможности самого руководителя позволяют реализовать самые сумасбродные замыслы, поэтому самое главное – придумать что-то хорошее, что подойдет человеку и что запомнится. Можно привести пример из нашего прошлого: в один из предыдущих дней рождения мы Евгению подарили полет на истребителе МИГ-25: договорились в Жуковском, и был организован полет на высоту 25 км. И вот Евгений летал с известным летчиком-испытателем, героем России А. Ю. Гарнаевым на такой высоте, где небо становится темным и в солнечный день видны звезды. Каждый следующий год нащупать такую идею становится сложней. Поэтому для обсуждений и поисков идеи мы пригласили консультанта «ШАГа», который хорошо знает нашу фирму и ее руководителя. Консультант сыграл роль катализатора: мысли закрутились, и в результате родился замысел похода в горы, на Килиманджаро. Килиманджаро - одна из высочайших вершин в мире, самая высокая гора на африканском континенте. Восхождение же на нее абсолютно безопасно: нет скальных участков, ледников, трещин. Поначалу идти вызвались многие, но потихоньку люди отсеялись. В результате от фирмы осталось четверо сотрудников плюс трое друзей Евгения и два гида. Путь к подножию Мы прилетели в Найроби, это Кения, а сама гора – в Танзании, до нее доехали на автобусе. Многие из нас были в Африке впервые, и по дороге нас поразило небольшое стадо жирафов, гуляющих по саванне просто так. Как у нас собаки по улице бегают, так у них там – жирафы по саванне… У подножия – достаточно большой по местным меркам город Моши с цивилизованной гостиницей. В день на гору поднимается несколько групп от 2-х до 10-и человек – туристы со всего мира. Люди там делятся на две категории: те, которые идут туда, и те, которые идут обратно. Те, кто туда - как правило, восторженные, оптимистичные. А те, кто спустился оттуда, задумчивы и необщительны. Николай Груздев очень полюбил общаться с теми, кто уже ходил на вершину. Как хороший руководитель, он решил выяснить, что же нас ждет впереди? Выяснилось: ничего хорошего. Все, кто спустился, как правило, употребляли единственное выражение: «very hard». После ночевки в Моши мы выехали к горе. Вся территория вокруг Килиманджаро, включая саму гору, – большой Национальный парк. Он создан в 1973 году и очень хорошо содержится: следят за чистотой, за дорожками, мостики устанавливают, все очень цивилизованно. В то же время, Африка есть Африка – мы с удивлением узнали, что на нашу группу из 9-и человек выделена большая толпа носильщиков и обслуживающего персонала в размере 22-х человек. Прогулка Четыре дня мы поднимались, два дня – возвращались обратно. В день шли часа по три-четыре. Восхождение делится на 2 части: первая часть – до последнего штурма, и вторая – сам штурм. До штурма – это приятная, неутомительная экскурсия по горам, с очень пологой, ровной комфортабельной дорогой. Первый день – подъем до высоты За отметкой 4730 В базовый лагерь мы пришли в середине дня и пробыли там до полуночи. Ночевать не полагалось, - говорят, там спать тяжело; хотя когда мы прилегли, то очень даже неплохо заснули. Но на этой высоте уже конкретно болит голова, практически всех тошнит, кому-то тяжело дышать. В 12 часов ночи пошли на штурм горы. Почему в полночь? Легче идти: во-первых, нет палящего солнца, во-вторых, психологически легче. Перед тобой – небольшой освещенный фонариком участок земли, и не думаешь о том, что там дальше, тебе важно пройти ближайшие несколько метров. Идешь, идешь, мерный круг света перед тобой, медленный шаг…. На все на это накладываются симптомы горной болезни. И возникает такой странный эффект – как бы полусна – какой-то гипноз или галлюцинация, в общем, полное ощущение потери реальности. В какой-то момент подъем становится круче, приходится перебираться по большим булыжникам. По такому склону надо подниматься до ключевой точки, которая называется Gillman’s Point, - на высоте 5680. Этой промежуточной точки достигают с рассветом и здесь его встречают. Гиды знают, что дальнейший подъем одолеют не все: как выяснилось, у них есть два вида дипломов. Один – для тех, кто дошел до Gillman’s Point, а другой – для тех, кто дошел до вершины Uhuru Peak высотой После Gillman’s Point дорога становится пологой, до вершины остается набрать Возвращение На вершине мы побыли минут тридцать – фотографировались, обозревали ландшафты. Потом пошли вниз. И тут я понял, что абсолютно забыл про обратную дорогу: настолько запрограммировал себя на подъем, что необходимость спускаться назад оказалась большим сюрпризом. Мне важно было дожить до той точки наверху, а все, что после этого, выпало из программы. Конечно, вниз легче идти - это занимает где-то часа 3, но - по палящему солнцу! Лучи солнца бьют в лицо фактически перпендикулярно, будто на пляже лежишь. Единственное, что спасает, - солнцезащитная мазь с фактором 100, иначе там можно испепелиться. Спустились до базового лагеря, передохнули. Все как один признали, что физически это была самая тяжелая ночь в жизни, - даже тренер Евгения по каратэ Саша Нестеренко. А ведь он, пока свой шестой дан получил, прошел в своей жизни через много боев и физических испытаний. И в то же время, все были очень горды, что удалось взойти. Делились впечатлениями: оказалось, что у всех по дороге наверх было ощущение потери реальности, полубредового состояния. Ну, а дальше – приятное возвращение вниз, к предыдущему лагерю, опять – приятная прогулка. По дороге вниз Николай Груздев мечтал кому-то рассказать о том, как было «very hard», но почему-то нас никто не спрашивал. Наконец, он нашел собеседника – какого-то парня из Австралии, который шел вверх, и живописал ему, вспоминая все познания английского, как там «very-very hard». Мужик задумался… А мы спустились вниз, к выходу из Национального парка. Там нам устроили настоящую церемонию: обед, вручение дипломов, группа наших носильщиков исполнила песню про Килиманджаро. Было трогательно… Оглядываясь назад Горы дают сильный эмоциональный и духовный заряд, и он даже на других людей как-то действует. Сейчас, когда мы рассказываем про поход, все говорят: «Что же вы нас не взяли?» или: «Давайте еще сходим». Людей это заряжает позитивом. И командообразование тоже произошло, безусловно. Пример тому – наш «разбор полетов» в Москве: когда мы решили встретиться и выбрали дату и время, то многие говорили: «Нам неудобно», «Не сможем», «Вряд ли появимся». Это было не капризом, а реальными обстоятельствами: кто-то куда-то улетал, прилетал, у Саши Нестеренко в этот день был Российский чемпионат по каратэ, который он организовывал. Но в конечном итоге, пусть с опозданием, собрались все как один! Всех будто магнитом притянуло… А в контексте Компании наш поход приобрел еще и неожиданное символическое значение. Первого марта у нас произошла передача полномочий Гендиректора от Евгения Сатыева к Николаю Груздеву. И то, что они вместе держали флаг «Автомира» в таком неординарном месте, как вершина Килиманджаро, - это как символическая передача эстафеты. …Воздействие гор – очень сильное, его сложно с чем-то сравнить; в каком-то смысле оно равносильно полету на другую планету. И в любом случае, это хороший способ общения с природой и друг с другом. |